Урсула Ле Гуин: создающая миры, мать наших детских снов

0

Когда говорят «женская фантастика» — вспоминают её, Урсулу. Когда говорят «классика фантастики» — вспоминают опять её, Урсулу. Что сделало её легендой, женщину по имени «Медведица»?

Фантастка с приставкой «супер»

Пять премий «Хьюго», пятнадцать премий «Небьюла», двадцать одна — «Локуса». Ле Гуин жила и писала долго, но даже с учётом её долголетия, творческого и обычного, количество престижных фантастических премий потрясает. Многие из тех, кто получал те же премии, говорили, что выросли на романах и повестях Ле Гуин — а теперь увидели себя номинированными одновременно с ней. Разве не потрясающее чувство?

В России массово переводить Ле Гуин начали только в девяностые. Для Советского Союза темы и детали сюжета у неё бывали неудобные: то какие-то умозрительные социальные эксперименты вовсе не в сторону противостояния социализма капитализму, то сексом персонажи занимаются. Правда, взгляды Ле Гуин имели ярко выраженную антиколониалистскую направленность, но поди ещё докопайся до этих взглядов сквозь желтоглазых инопланетян.

Если спросить запойных читателей тех лет, какое произведение Урсулы можно назвать знаковым, то ответы разойдутся. Для одних это «Левая рука Тьмы» — о злоключениях землянина на планете гермафродитов. Для других — фэнтези-цикл о «Волшебнике Земноморья». Для третьих — те самые желтоглазые инопланетяне («Хайнский цикл») или «Слово для мира и леса одно».

Она оказалась слишком разноликой, Урсула, чтобы её поклонники и их вкусы были похожи друг на друга.

Кажется, нет ничего особенного в том, чтобы создавать в своих книгах общества непривычного устройства — когда они развились в радикально отличных от Земли условиях, на дальних планетах. Но Ле Гуин на деле была одной из первых. Изначально фантасты переносили одно из известных им человеческих обществ на Марс, на Луну или в страну эльфов. Те, кто заявил, что иные условия жизни дают иные отношения между людьми, пришли в фантастику в середине двадцатого века. Что стало базой для них? Для Ле Гуин, без сомнения — профессия родителей.

Дитя свободы, книжных полок и антропологии

Полное имя писательницы — Урсула Крёбер Ле Гуин. Крёбер — это фамилия её отца, её девичья фамилия. Да, её отцом был Альфред Луис Крёбер, крупный американский антрополог немецкого происхождения, а матерью — его ученица Теодора Кракау, женщина, исследовавшая последнего индейца племени яхи по имени Иши. Хотя Теодора училась на антрополога, в конечном итоге она стала известна, скорее, как автор нескольких книг, по большей части именно об Иши.

В детстве всё, казалось, подталкивало Урсулу стать именно той, кем она стала. Дом её родителей был местом, где всегда полно было гостей, очень разных: профессоров, студентов, индейцев. Книг было сколько хочешь, и брать и читать их детям можно было свободно. Родители всё время уезжали вести полевые исследования и возвращались с ворохом новых рассказов.

Удивительно ли, что оба ребёнка Теодоры и Альфреда Крёбера стали известны?

Урсула («медведица» — не выбрали ли ей имя, похожее на индейское?) — писательницей, заинтересованной в антропологии. Карл — учёным, заинтересованным в писательстве… то есть литературе, конечно. Английской романтической, и ещё индейской.

В девять лет Урсула написала первый фэнтези-рассказ, в одиннадцать — первый научно-фантастический. Его она отослала в журнал фантастики, но там публиковать опус маленькой девочки не стали. Через много лет, наверное, рвали на себе волосы: ведь они могли прославиться как первый журнал, где публиковалась сама Ле Гуин, а экземпляры с первым рассказом были бы легендарными и стоили бы страшных денег.

Пока глаза не закроются сами

Девочка росла, пока не превратилась в молодую женщину с дипломом. Диплом был, конечно, по литературе, но фантастикой от него и не пахло: Урсула изучала писателей Средних Веков и Ренессанса. Став магистром, Ле Гуин выиграла грант на обучение во Франции. По пути во Францию быстро познакомилась с французом — своим, американским, Чарльзом (Шарлем) Ле Гуином, молодым историком. Доехав до Парижа, они поженились. К сожалению родителей, научную работу после этого Урсула решила бросить. Теперь её, казалось, ожидает обычная история: утонуть в быту, погрязнуть в проблемах детей и мужа, навсегда забыть свои мечты и устремления и измениться до неузнаваемости, настолько, что муж скажет однажды: «Я женился на другой женщине».

Первое время всё примерно так и шло.

Пара вернулась в Америку. Чарльз продолжал свою научную карьеру. Урсула преподавала в университете французский язык — пристойное занятие для жены учёного — и рожала детей, сначала дочери Каролина и Элизабет, потом сын Теодор. Водился за Урсулой, правда, грешок — она писала странные рассказы, имитирующие легенды Средневековой Европы. Их даже печатали. Но, поскольку ничего непристойного в них не было, такой грешок традиционалистская Америка могла и простить.

Писала Урсула ночами, уложив детей спать. Стучала по клавишам, пока глаза не закроются сами собой. Муж сначала… не возражал. Хобби жены ему не мешало. Но после первых громких публикаций о Земноморье он решил, что пора немного менять порядки в семье. К счастью Урсулы, это означало не вопли и скандалы — напротив, Чарльз стал чаще брать возню с детьми на себя. У фантастки появилось время писать днём.

Ле Гуин писала на неудобные темы, задавала неудобные вопросы.

Анархизм, феминизм, и коммунизм — интерес к этим темам делал её книги скандальными и неудобными в глазах многих американцев, и в глазах других многих — необычайно увлекательными. Деконструкция одних «незыблемых» законов общества и конструкция других, столкновение культур и порождённых ими психологий — Ле Гуин крутила вселенную человеческих мыслей, идей и опыта, разбирая и собирая, как кубик Рубика.

Первую премию, «Небьюла», за «Левую руку тьмы», Урсула получила в 1969 году — то есть, в свои сорок. Последнюю, «Локус», за роман «Лавиния» — в 2009, в свои восемьдесят. Разве в этих цифрах нет своей магии?

Не меньше, чем книгами, Урсула потрясала литературное сообщество своими интервью. Она отказывалась называть «ведущих писателей эпохи», потому что литература — «не конные скачки». Она насмехалась над «дисфункциональными городскими представителями среднего класса», книги о которых «написаны в настоящем времени», которыми заполнили нишу «интеллектуальной» литературы. Приветствуя новые технологии, она настолько категорически была против оцифровки компанией Google книг, что вышла из писательского союза. Она вела свой блог, но для озвучивания идей предпочитала полные аудитории, которые услышат её живое слово. Женщина, которую не раз выдвигали на Нобелевскую премию по литературе, перечитывала детские приключенческие книги.

В 2015 году New York Times спросил Урсулу, кого бы она хотела видеть автором своей биографии. Писательница ответила, что уже попросила одну женщину стать этим автором. Многие задавались вопросом, кто бы это мог быть. Великая Урсула умерла в начале 2018 года, так что ждать ответа нам осталось, похоже, недолго.

Фото: Getty images

Источник

Оставить комментарий

Яндекс.Метрика Яндекс.Метрика